О чем рассказала старая карта (Часть 1)

25.12.2019

Недавно попалась мне на глаза карта, правда, оцифрованная. Ну и что – спросите Вы? Мало ли чего есть в интернете? Да вся соль в том, что карта эта нашего города, и датирована она 1910-м годом. 

-  И что  с того? - скажет внимательный читатель. «С того», что многие интересные места города сохранились на ней и поныне, и их можно найти даже на карте, насчитывающей более чем сотню лет. Мы начнем с той самой дисциплинарной роты, о которой как-то уже рассказывали.

На карте ее территория не отражена. Видимо, посчитали ненужным выкладывать такую информацию. Но зато есть коновязи пятого казачьего полка, (отчего эта местность некогда и называлась – казачка), и даже «отделение госпиталя для душевно больных».  Самое интересное, что это самое «отделение» существует и поныне, на том же самом месте, все там же, по «пятому»  трамваю (кто помнит этот  «адрес»?)  Но не только это заинтересовало меня. На этой самой карте показано расположение довольно многих воинских частей того времени (видимо, шпионов особо не боялись), и даже местоположение военного госпиталя, который по сию пору функционирует на своем родном месте. Но там не было интересующей меня информации, а потому  я нашел в Сети  карту-путеводитель, датированную 1922-м годом, которая была более информативна и интересна.


И  решил я прогуляться по близлежащей местности, используя данные карты, а заодно и сравнить, что именно, кроме направления нескольких дорог, могло сохраниться со времен давних.  Конечно же, дисциплинарной роты давно уже нет – на ее месте вырос небольшой пятиэтажный жилой городок.  Еще один примечательный факт – на карте отмечен «продовольственный магазин». Спокойно, это не то, что вы успели для себя подумать. Во времена оные так назывались не только торговые точки, но и так называемые «магазейны» - интендантские склады. То есть, военные  учреждения, снабжавшие военнослужащих  продуктами питания. На этом самом месте и сегодня есть нечто, закрытое высокими воротами, и сфотографировать  здесь ничего не удастся. Пусть так… Зато, неподалеку от УзБУМа (о нем речь ниже), сохранился остаток «военного поля», на котором поочередно были - и скаковой ипподром, и первый в городе аэродром, и так называемая «искровая» радиостанция, здание которой действует и по сию пору.

«Особой» приметой радиостанции служат уже давно не действующие, но пока существующие,  девяностометровые радиомачты, стоящие поодаль от дороги, справа, если ехать в город. Ну, а я решил пройтись по улице, которая, судя по второй карте, ведет к некоему «целлюлозному»  заводу, заодно попытаться выяснить, что ж это за предприятие такое. Пройдя мимо территории бывшей  дисциплинарной роты, я подошел к перекрестку с указателем «УзБУМ».                                                                                                                                                            Почти напротив, через дорогу, здесь  стоит скромная, незаметная будочка – трансформатор, на которой еще года этак  четыре назад красовалась надпись: 1940. Ну, явно год сдачи в эксплуатацию. И кому понадобилось сбивать такую скромную деталь…  И вот я на той самой улочке, что ведет в сторону УзБУМа. Первый же дом с левой стороны, сильно переделанный внешне, явно помнит времена конца позапрошлого, начала прошлого века.  Судя по частенько сохранившемуся внешнему виду многих одноэтажек, некогда они явно представляли собой загородные дома ташкентской аристократии конца девятнадцатого, начала двадцатого веков. 

Дело в том,  что в  начале прошлого века  Ташкент заканчивался сразу за Саларом, у вокзала, а потому      в  местности, где я прохаживался,   могли находиться и охотничьи угодья, и дачи тех людей, кто мог позволить себе иметь «скромный» домик за пределами города…          

Напомню, что некогда  здесь,   именно в этом районе, располагалась дача первого генерала – узбека. Джурабека…  Я прошел дальше, вглубь улицы, и стоило мне перейти дорогу,  и попытаться сфотографировать  надстроенную до двух этажей, одноэтажку, стоящую около действующего пенитенциарного учреждения, как дежурившие на КПП военные  сразу повыскакивали.

  - Ака, здесь нельзя снимать! Ладно – нельзя, так нельзя.                                                                   Пошел дальше, фотографируя все подряд жилые дома. Хозяин одного из них любезно разрешил сделать несколько снимков, пустив меня во двор дома.  По его словам, рамы ни разу не менялись, и стоят уже более ста лет. Может быть, все зависит от вида (названия) дерева, но вряд ли это лиственница, которой даже наш климат нипочем. Впрочем, хочется верить, что, испытывая «особую» любовь к одной из  известных оконных марок, хозяин дома говорит правду.    

Я продолжил движение в сторону УзБУМа, прошел в один конец тупиковой улочки, потом вернулся, и повернул к самому УзБУМу. Тем более, что, в коротком разговоре с одной из местных жительниц  я узнал, что здания УзБУМа будут реконструировать, причем, с сохранением исторического облика. На подходе к славной старой фабрике заснял два старых двухэтажных жилых дома,  и после этого направился к зданиям прославленной фабрики. 

Из истории – фабрика была создана почти сто лет назад, в 1932-м году. Ее предназначение – изготовление бумажной продукции. Но… по словам  одного очень известного ташкентохода, Евгения Смехова, «...один цех, входные ворота, водонапорная башня – постройки  явно до 1917-го года, основной корпус - ранней постройки новой эпохи (видимо, тот самый, 1932-й год). Причем, здание постройки  до 1917-го года, явно промышленного назначения».
 

Вот тут-то меня и смутило сообщение одного из новостных сайтов о том, что до создания на этой территории бумагоделательной фабрики, на ее месте был так называемый «секретный пороховой завод». Этот факт косвенно подтверждается той самой картой 1922-го года, на которой отмечен упоминавшийся уже завод.

Я когда-то прочитал одну из книг Жюля Верна, и запомнил,  что тот самый порох можно получить из самых разных материалов, в том числе, используя целлюлозу. Так что предположение (фактически - утверждение) того самого сайта можно считать достаточно верным.  Тем более, что карта 1910-го года в том районе не показывает каких-либо воинских соединений, а вот на карте двадцать второго года отмечен именно «целлюлозный завод». К сожалению, следы именно этого завода вряд ли удастся найти… 

Но самое удивительное ждало меня впереди. Я подошел к тем самым воротам, и сначала не обратил внимания на какие-то часто расклеенные и уже порядком выцветшие бумажки. 

 

Эти ворота, вполне возможно, открывали доступ к территории какого-либо полка, батальона,  или того самого завода, и они, ворота,  очень даже прилично сохранились. Как и те, которые я посчитал бывшими хозяйственными. Вполне возможно, что фабрику УзБУМ при ее создании «вселили» на территорию упомянутого завода – уж слишком прочно, серьезно и красиво сооружены эти здания. Но, находясь рядом со старинным заводом, я испытывал ощущение, что за мной наблюдают.  И действительно, минут через пять ко мне подошел вежливый, прилично одетый средних лет мужичок, и сообщил, что:     

  - Здесь фотографировать нельзя! Запрещено! Мы везде расклеили предупреждения! Именно сейчас я и обратил внимание на истрепанные бумажки – на цветном принтере распечатали   и «повесили».   Самое интересное - эти «предупреждения» были «содраны» с утвержденных государственных, представляя собой их абсолютно незаконную, выцветшую, никому не заметную,  копию…        

           

На мой вопрос: - это кто это может запретить мне фотографировать явно  не стратегический,  даже не оперативно-тактический, заброшенный фактически, неохраняемый милицией, объект?    – я получил «исчерпывающий» ответ. Мол, выкупил эту территорию один россиянин, ворота сделаны недавно (в смысле - металлические, решетчатые  полотна), здесь будет реконструкция, и сейчас «что-то решают». Меня это просто «убило»:                                                                                                                        - Да кто такой этот  россиянин, чтобы мне, коренному ташкентцу, запрещать фотографировать то, что всегда было нашим достоянием? Он, что, выкупил и наше право на нашу собственную историю? Или мы уже в своем доме не хозяева?  Тем более, что полотна ворот были закрыты на замок, и я при всем желании не смог бы попасть внутрь!  Подошедший «не товарищ» попытался меня «успокоить» сообщив, что фотографировать «пока» нельзя, до завершения реконструкции, а потом, мол, можно будет. Более ненормального (!!!) ответа  я даже представить себе не мог. Бред, да и только!  Видимо, для того, чтобы хоть как-то остановить взрыв эмоций, и очень хлесткого монолога    с моей стороны, мне было «любезно разрешено» сфотографировать кем-то «разукрашенную» скульптурную композицию, стоящую  на подходе к старинному зданию управления УзБУМа. А внутрь – ни-ни, низ-з-зя! О как!

Ну что ж, теперь будем ждать именно реставрации, а не реконструкции…                       

Святослав Морской
еженедельник «Тасвир»

Версия для печати
Ссылка на статью »»

Теги материала: История Ташкента

Еще по теме:

Просмотров: 399

Вы можете оставить комментарий:

Гость_     Антибот:    
Новые налоговые зоны в Ташкенте »
Друзья проекта »
Рейтинг@Mail.ru

Условия использования материалов: в сетевых изданиях – обязательная прямая гиперссылка на mg.uz;

в остальных СМИ – ссылка на mg.uz как на источник информации.

© ООО «Norma», 2018. Все права защищены.